Найдено на Facebook: Maxim

Maxim
https://ift.tt/2HfICpt
Однажды основатель социальной сети Facebook Марк Цукерберг позвонил одному из основателей компании Google Сергею Брину.

— Сергей, — сказал Цукерберг, — Ты слышал, что в России заблокировали мессенджер Telegram?

— Дай угадаю, — отвечал Цукербергу Сергей, — Telegram продолжает работать, а всё остальное перестало работать?

— Откуда ты знаешь? — удивился Марк.

— Я же русский, — отвечал ему Брин, — Русские программисты — они заешь, какие?

— Какие? — спрашивал Цукерберг, — Я слышал, что очень хорошие.

— Они слишком хорошие, — объяснял Сергей Брин, — Когда ты просишь русского программиста, чтобы он написал тебе программу из десяти строчек — он начинает переписывать операционную систему. С нуля.

— Операционную систему? — не понял основатель Facebook, — Но зачем?!

— Потому что она плохая, — отвечал ему Брин, — И не подходит. Для русского программиста все программы плохие. Кроме тех, которые он сам написал, разумеется. Но и те со временем становятся плохими и их совершенно необходимо полностью переписать.

— Не понимаю, — недоумевал Цукерберг, — Почему же все говорят, что русские программисты очень хорошие? Ведь если всё так, как ты говоришь — то они, получается, очень плохие.

— Очень хорошие, — отвечал Брин, — Программисты хорошие. А работники, конечно, не очень. Но это только в России так происходит. Как только русский программист уезжает из России — он сразу же становится хорошим работником. Который делает то, что его просят. Да вот того же Дурова хотя бы возьми… ну, который Telegram этот сделал.

— А что Дуров? — спрашивал основатель Facebook.

— Павел Дуров, — прояснял Сергей Брин, — Когда жил в России, знаешь, чем занимался? Он делал из денег бумажные самолетики, запускал их из окна своего офиса и смотрел, как внизу люди толкаются.

— Бумажные самолетики? — переспросил Цукерберг, — А я всё не мог понять, почему у Telegram самолетик бумажный на логотипе! Вместо того, чтобы просто букву «T» написать, как у всех нормальных людей.

— Да, это тот самый самолетик и есть, — подтвердил Сергей Брин, — Только теперь он у нас стал вроде как символ свободы. А всего-то и надо было уехать из России в Европу.

— Какой-то ты русофоб… — пробормотал Цукерберг, — Ну хорошо, с программистами я, кажется, понял. А с Telegram-то почему так получилось?

— То же самое, — пояснял Брин, — Русскому системному администратору сказали заблокировать Telegram. Но что такое один Telegram? Скучно. Вот сисадмины и заблокировали вообще всё.

— Прекрасная страна, — прошептал Цукерберг, — Скажи, а что надо сделать, чтобы русские тебя заблокировали?

— Тебе-то зачем? — удивился один из основателей Google.

— Я хочу так же, — говорил Цукерберг, — Чтобы Facebook работал, а больше ничего не работало. Это моя мечта, ты же знаешь. Чтобы не было никакого этого вашего интернета, а был только один Facebook.

— Ну, я не знаю, — пожимал плечами Сергей, — Надо, наверное, что-то нарушить. Не исполнить какое-нибудь предписание.

— Мне немедленно нужны предписания, — отвечал Цукерберг, — Я не буду их исполнять и меня заблокируют! Великолепно!

— А если кто-нибудь еще попросит его заблокировать? — спрашивал Брин, — Какая-нибудь, например, русская социальная сеть?

— За что же блокировать русскую сеть? — удивился Марк Цукерберг, — Русская сеть наверняка исполняет все предписания!

— Ну да, ты прав, — задумчиво говорил Сергей Брин, — Собственно, именно поэтому она и перестанет работать. И Facebook останется один на поляне.

— Вот! — радостно восклицал Цукерберг, — Ну так что, куда я должен писать?

— Что писать? — не понял один из основателей Google.

— Ну, за предписаниями, — нетерпеливо говорил Цукерберг, — Мне нужны предписания, которые я не исполню.

— Не, погоди, — рассмеялся ему в ответ Сергей Брин, — В России это так не работает. В России о предписаниях узнают только после того, как они уже не исполнены.

— Это как это? — не понял его Цукерберг.

— Ну если тебе выдать предписание до того, как его надо исполнить, — говорил Сергей Брин, — То ты же его, не дай бог, можешь исполнить!

— Но я не собираюсь его исполнять! — восклицал Цукерберг.

— Тем более! — говорил ему Брин, — Зачем же тебе предписание, если ты все равно не собираешься его исполнять?

— Че-то я уже вообще ничего не понимаю… — бормотал Цукерберг, — Как же русские исполняют предписания, если он их не знают?

— Догадываются, — отвечал Сергей Брин, — И да, я же тебе еще самого главного не сказал.

— Что? — с надеждой восклицал Цукерберг.

— У тебя все равно ничего не получится, — веско сказал ему Брин, — Потому что русские блокируют только русских. Так у них, у русских, устроено.

— Но почему?! — застонал Цукерберг.

— Потому что они всех остальных презирают, — отвечал Сергей Брин.

— Но ведь пользуются! — восклицал основатель Facebook, — На Facebook много русских!

— Пользуются, — подтвердил один из основателей Google, — Но только по необходимости. И с отвращением.

Марк Цукерберг сидел за столом и потрясенно молчал. Он ничего не понимал в этой далекой и холодной огромной стране. А ему так хотелось понять.

Из левого глаза мультимиллиардера выкатилась скупая слеза.

Ему вдруг стало пронзительно жалко себя.
April 21, 2018 at 01:05AM
Екатерина Шибаева

Related posts